Списочек лучших из лучших Le Nouvel Observateur - такая же условность как и все подобные списки. Для большинства (из большинства вообще) – это подсказка, кем восхититься при случае, веря – а предварительно, разумеется, поверив – в свое восхищение, или – так же веря (и поверив) в свое иное мнение. Умение синтезировать разнокалиберные и противоречивые чувства – это другая ступень. Нет, не следующая. На нее можно и не подняться. Допустим – лестница в другом доме.
Впрочем, для меньшинства тоже есть свои радости и такие банальные списочки могут пригодиться – это возможность обнаружить - узнать об этом и узнать это. Списочки приятны – они упорядочивают пространство. Списочки - это игра. Сама по себе скучная, но бывают ситуации - и игра в подкидного уместней и веселей шахмат.

Хороший процент русской литературы – разумеется, тотальный девятнадцатый век - Чехов, Толстой, Достоевский неизбежны как смена времен года (можете угадать, что именно), но привычные, бронзовые и любимые Пушкин и Гоголь – в данном случае сложнее, интереснее и отчасти неожиданней – хотя я и в Гамбурге видела отлично и остроумно иллюстированный гоголевский «Нос» - в силу наличия определенных «неудобных» доминант в их текстах – лексики и ритма (если коротко) Что именно? Какие тексты? У Пушкина – "Евгений Онегин". У Гоголя – "Мертвые души".

@темы: книги, а вы знаете, что у..., возьмите ручку с фиолетовыми чернилами